12 сцен Бориса Хлебникова | Автограф
722-004

12 сцен Бориса Хлебникова

Громкая премьера осени – драма «Аритмия» с Ириной Горбачевой и Александром Яценко еще летом взяла гран-при главного кинофестиваля страны « Кинотавр». Узнав, что режиссер фильма Борис Хлебников приезжает на предпремьерный показ фильма в кинотеатр «Победа», вопрос доставки редакции в Новосибирск стал делом пяти минут | подготовили Вера Алешина и Анна Черетун, фото: Евгений Бекарев

1

О медицине. В фильме нет отрицательного персонажа. Все понимают, что бесплатной медицины не существует. Материалы и лекарства больные вынуждены покупать сами. Зло лежит не в плоскости отдельных специалистов. Если вы не выдающийся врач, условия работы подталкивают к эмоциональному выгоранию, и равнодушие к пациенту наступает очень быстро. И в этом нельзя винить врачей. Враг – наверху, в министерстве, которое придумывает всю эту хрень.

2

Об «Аритмии». Мне не нравится это название. Но в какой-то момент нужно было подавать документы на конкурс, требовалось написать хоть что-то, и тогда соавтор сценария Наталья Мещанинова сказала: «Давай – «Аритмия». Мы честно поклялись, что потом его поменяем. Прошли съемки, монтаж, а мы ничего хорошего так и не придумали. Оно слишком смысловое, направляет зрителя к мысли о философской притче. Очень ловкое. И вот эта ловкость в названии напрягает.

3

О трансформации. Сценарий картины начинался как комедия для ТНТ. Мне позвонил знакомый продюсер, спросив, нет ли у меня какой-нибудь идеи для романтической комедии для показа выходного дня. И я довольно быстро придумал историю о молодой паре, которая разругалась, решила развестись, но вспомнила, что у них нет денег, а квартира проплачена на три месяца вперед. И вот он живет на кухне, она – в комнате – такая комедия положений, чисто жанровая вещь. Мы честно писали две недели, пока не решили придумать им какую-нибудь профессию. Ткнули пальцем в небо и попали в самый эпицентр драматургии — в тот момент как раз происходила медицинская реформа. Там оказался очень интересный мир, мы стали все изучать и ушли совсем в другую сторону. У меня довольно часто так случается.

4

О персонажах. Я люблю своих героев, но не влюблен. Вообще никогда ни про кого не пишу, если не полюблю. Просто пытаюсь понять их с разных сторон. Когда ты кого-то сильно ненавидишь или любишь, слепнешь от этого, не воспринимаешь персонажа в объеме. А когда понимаешь все достоинства и недостатки, понимаешь его в целом. В «Аритмии» мы описывали талантливого человека в своей профессии. Главный герой – диагност, интуит, быстро ставит диагнозы. Он счастлив в своем деле, а такие люди обычно невероятно инфантильны в быту. Дома они совсем другие. Насколько они состоятельны в профессии, в своем таланте, настолько невыносимы в быту!

5

О герое. В театре я верю в перевоплощение, а в кино – нет. Ни разу не было опыта, чтобы мне нравилось, когда человек играет нечто другое, чем представляет из себя как личность. Мне важно, чтобы актер в жизни походил на героя. 80% работы происходит на кастинге, потому что потом человек просто начинает играть и транслировать себя, доставать из себя какие-то вещи, о которых я даже не подозревал. Так появляются документальные моменты, которые намного богаче и интересней тех, чем я бы мог придумать. Александр Яценко никогда не делает штамп. Огромное количество актеров переигрывает то, что они видели в кино. А Саша играет только свои впечатления от жизни, их у него довольно много.

6

О героине. Полгода к нам на кастинг приходили замечательные актрисы, известные и не очень. И я объяснял, что кроме жены мне еще хочется товарища. Они играли сцену, и из подсознания постоянно шла какая-то женская история. Они начинали трепать мозги, по-женски кровожадно и хитроумно, и тот же самый текст звучал совсем по-другому. А Ирина Горбачева пришла и эту драму развода сыграла без претензий к своему партнеру, и это было очень круто. Иру все любят, потому что она добрый и искренний человек. Это банальные слова, но такое очень редко бывает. А еще она невероятно ироничная. У нее абсолютно потрясающее, парадоксальное и наблюдательное чувство юмора, это очень редкий дар.

7

О профдеформации. Церковь – это идеология, «патриоты» – это идеология.Заниматься идеологией – это не мое дело. А вот то, что думает профессиональное сообщество о том, что я сделал, – это интересно. У нас был отдельный показ «Аритмии» для медиков, и они обнаружили только один изъян: героиня рассматривает рентгеновский снимок легких, говоря, что пациент – мужчина, а на самом деле он женский. Во время работы мы много консультировались у врачей, чтобы все было правдоподобно. На площадке присутствовал врач, ставил правильно руки. Например, в сцене, где девочке делают фильтрацию легких, актер говорит взволнованно и быстро, а действовать при этом нужно медленно, вот для таких нюансов нужен профессионал.

8

О коммерческом кино. Я смотрю очень разное кино, много зарубежных сериалов, они мне кажутся интереснее. Люблю коммерческое кино. Фильм, который посмотрел самое большое количество раз – первая часть «Крепкого орешка». Недавно был на картине «Салют-7» – сделано круто технически. Я не верил, что это возможно. Половина фильма проходит в невесомости, но качество такое, что об этом не думаешь. Сергей Астахов — выдающийся оператор, он сам придумал разные приспособления. У актера Владимира Вдовиченкова получился сильный образ героя, который слышит и видит только космос. Это его черная дыра, где ему хорошо. Увлекательное кино, всем рекомендую.

9

О провинции. Самое страшное, что есть в России – это провинция. Ее присутствие. Все страны мира довольно эффективно борются с этим совершенно разными, но очень понятными способами. А у нас, если ты – молодой человек, и у тебя что-то есть в голове, и есть желание учиться, то это моментально связывается с тем, что тебе точно нужно уехать из своего города в Москву.

10

О правосудии. В истории с Кириллом Серебрянниковым меня больше всего пугает то, что я защищаю его, но у меня в голове точное ощущение, что его посадят. И у человека, который против Серебрянникова, тоже в голове полное ощущение, что его посадят. Мы с ним похожи в том, что оба отучены верить в правосудие.

11

О Летове. Я, наверное, единственный человек в России, который не слышал ни одной песни «Гражданской обороны» до 40 лет, даже «Все идет по плану». Егор Летов — абсолютно выдающийся поэт. Для многих он невероятно мрачный, но я от него получаю абсолютное ощущение счастья. Он говорит об очень страшных вещах, но это всегда как выход из клинической смерти. Ты оживаешь и получаешь какую-то эйфорию.

12

О книгах. Хорошие книги не нужно экранизировать. Литература – намного более богатое искусство, чем кино. В кинематографе более убогие средства выражения. Но я занимаюсь им, потому что мне нравится его делать.

Комментариев нет.

Оставить комментарий