Материалы журнала. Апрель 2015. Евгений Александров: «Настоящему искусству всегда найдется место» | Автограф
722-004

Материалы журнала. Апрель 2015. Евгений Александров: «Настоящему искусству всегда найдется место»

Сегодня его имя связывают с ювелирным бизнесом не только в Барнауле и Алтайском крае, но и в обеих столицах России – в Москве и Санкт-Петербурге.

Посвятить любимому делу большую часть жизни и с нуля вывести его на высокий уровень – именно так получилось у Евгения Александрова. Мы поговорили с основателем ювелирного дома «Александров и К°» о том, как развивалось его ремесло, преобразовавшись в компанию премиум-класса.

— Евгений Александрович, Вы занимаетесь ювелирным делом уже долгое время, почему Вам все еще нравится эта отрасль?

— Действительно, я занимаюсь этим уже более 25 лет. Меня до сих пор увлекает эта сфера, потому что мы постоянно совершенствуемся, появляются новые изделия, виды дизайна, мы открываем для себя новые виды камней. Например, раньше в изделиях у нас использовались только драгоценные камни, принадлежащие к первой группе: рубины, сапфиры, изумруды и, разумеется, бриллианты. Но постепенно стали работать и с полудрагоценными камнями. Есть замечательные, интересные виды, к которым мы если и обращались раньше, то эпизодически. Один из наших заказчиков, например, открыл для меня топаз империал, необычный, эффектный камень, было удивительно, что на него обратил внимание именно мужчина, это нечасто встречается.

— А с точки зрения технологий появились изменения?

— Современные технологии можно сравнить с изобретением фотографии на заре XX века. До этого были только художники, но появилась фотография, сначала она была некачественной, однако со временем развивалась, и мы пришли к тому, что имеем. Но при этом художники прекрасно себя чувствуют, люди продолжают украшать свои интерьеры достойными полотнами. Так и в ювелирном деле, остается место настоящему искусству, ручной работе, в которую вложена душа мастера. Это ведь совершенно другой подход к материалу при всем уважении к современным технологиям.

— Какие ступени развития Вам пришлось преодолеть, чтобы оказаться на той высоте, на которой Вы находитесь сегодня?

— Безусловно, это был этап подбора команды, кристаллизация отношения к производственному процессу, установление определенных стандартов, подходов к материалам. У нас очень жесткий отбор по огранке камней, их качеству, цвету и по другим критериям. Мы занимаемся масштабной выставочной деятельностью, постоянно находимся в движении, например, сейчас готовимся к поездке в Алма-Ату.

— Скажите, у Вас были переломные моменты, когда хотелось оставить дело?

— Появление массового потока, когда изделие создается дизайнером и машиной, время от времени вызывало определенные эмоции. Возникали мысли отбросить мольберт с кистью и взять фотоаппарат. Но у нас есть поклонники, свои заказчики, которым интересны наши работы, поэтому мы продолжаем добросовестно этим заниматься.

— Сравните, пожалуйста, время, когда Вы только начинали заниматься ювелирным искусством, и нынешнее положение дел.

— Когда я начинал, был конец восьмидесятых, тогда был дефицит ювелирных изделий. Например, обручальные кольца покупали только после подачи заявления в ЗАГС. Любое изделие шло на ура. Сейчас выбор несопоставимо больше, но при этом огромное количество людей не обращает внимания ни на что, кроме маркетинговых рекламных акций. Конечно, есть те, кто отлично разбирается, они задают вопросы, и ты понимаешь, что человек подготовлен, ему интересно, какое изделие он приобретет. Но часто люди покупают такие вещи, которые не выдерживают даже малейшую критику! Мало того, что они безобразно выглядят, так еще и не подлежат ремонту. При этом, если разобраться, из чего собрано это изделие, то получается, что человек еще и переплатил. Раньше не было выбора, а сейчас почему-то нет желания разбираться.

— Вам встречались настоящие ценители?

— Безусловно, такие заказчики есть и среди барнаульцев. Мне также нравится столичная публика, но особенно импонируют петербуржцы. Все-таки культурная столица оправдывает свой статус. Однако именно оттуда пошли массовые торговые сети, поэтому сложно выразить однозначное отношение.

— Если бы Вам пришлось начинать бизнес в современных реалиях, как бы Вы действовали?

— Не уверен, что занялся бы ювелирным делом. Конечно, хорошо там, где нас нет, но существуют более прибыльные и менее проблемные виды заработка. В нашей стране заниматься производством очень сложно, особенно в период кризиса. Та же торговля, хоть и обладает своей спецификой, менее проблематична. Многие производители отдают товар на реализацию, которая может весьма затянуться. У нас продукт не первой необходимости, поэтому даже не знаю, занялся бы я этим делом в зрелом возрасте, не имея опыта. Если говорить о сфере, на которую я обратил бы внимание, то полжизни отдав ювелирному бизнесу, сложно представить себя где-то еще. А вообще, я учился на геофизика, хотел заниматься наукой. Но ситуация в стране изменилась, а в соответствии с ней и мои планы.

— Как Вы считаете, какие принципы в работе позволяют Вам достигать хороших результатов?

— В первую очередь – это честность, порядочность. А также чувство вкуса.

— Чувство вкуса можно развить или это врожденное, как Вы считаете?

— Если человек постоянно или периодически посещает музей, смотрит на картины, то начинает отличать шедевр от подделки. Говоря о ювелирных изделиях, если видеть один ширпотреб, как же появится чувство вкуса? Когда человек прикасается к изделию, созданному вручную, он сразу замечает разницу. Это чувство появляется в процессе воспитания, когда мы сталкиваемся с чем-то прекрасным. При этом у человека, несомненно, может быть и врожденное чувство вкуса.

— Из каких составляющих складывается успех Вашей команды?

— У наших мастеров отличная фантазия и вкус. Они занимаются своей работой индивидуально — каждый выполняет изделие от начала до конца. У нас нет конвейера, когда один отливает форму, второй вставляет камень, третий – паяет и так далее. У нас есть некое общее стилистическое направление, позволяющее понять, наше это изделие или нет. Это сложно описать словами, если вы посмотрите на наши коллекции, наверняка ощутите это.

— Вы следите за общими тенденциями в мире ювелирного искусства?

— Да, мы обращаем внимание на то, что происходит в мировой ювелирной моде. В основном это относится к использованию камней. Раньше мы совсем не брали полудрагоценные камни, но, видя, что это интересует мировую ювелирную общественность, включили их в фокус интереса. Тем более что с ними можно создавать любопытные, красивые, яркие и в то же время теплые изделия. Ведь бриллиант, если рассматривать классический, белый, – достаточно холодный камень. Еще один занятный полудрагоценный камень — шпинель, он весьма разнообразен, один крупный экземпляр стоит в короне Российской империи, раньше думали, что это – рубин, но результат экспертизы опроверг это. Сейчас почему-то мало используется жемчуг, мне он очень нравится, но все развивается по спирали, и за рубежом интерес к нему уже возвращается. Если говорить о металле, то постепенно отходит розовое золото, оно традиционно использовалось в СССР. Сейчас его можно встретить разве что в каких-то элементах. Еще создаются изделия на основе традиционного золота, но все чаще используется белое золото, платина. Все-таки на белом металле бриллианты выглядят очень эффектно.

— Вы часто бываете на ювелирных форумах за границей?

— Да, конечно, это обязательно! Италия, Швейцария, США, в Гонконге очень серьезная крупная выставка, на которой представлен весь свет мировой ювелирной отрасли. Мы часто получаем приглашения, но, к сожалению, сами в зарубежных выставках участвовать не можем. Основная причина – таможенное законодательство нашей страны. Недавно, например, проходила выставка в Сингапуре, и этот вопрос обещали решить на уровне правительства. Это было интересное мероприятие, да и сам город-государство своеобразный, выставка небольшая, ежегодно собирается порядка 200 участников, это немного и тем хорошо — есть возможность заявить о себе. Но таможенное регулирование имеет такую особенность: для того чтобы вывести коллекцию на выставку, мы можем ее растаможить только как коллекцию, а значит, обязательно должны привести ее обратно в полном составе, что исключает осуществление продаж. Если же мы растаможим ее на вывоз, то не имеем права вернуть даже один предмет, а такое, чтобы коллекция распродалась полностью, случается редко. Наши коллеги стали уходить от этого с помощью открытия зарубежных салонов. Они вывозят изделия на выставку без возврата, а оставшуюся часть коллекции реализуют в этих магазинах. Мы пока подобное не практикуем.

— Тем не менее на российских выставках у компании большой успех. Вы вносите весомый вклад в продвижение города и Алтайского края в целом.

— Мы никогда не стесняемся нашего города, на каждом дипломе у нас стоит «Барнаул», а ведь раньше за Уралом никого не видели. Когда мы появились на выставках, люди спрашивали: «Это Италия?» — думали, что мы торгуем чужими изделиями. Сегодня они уже адекватно реагируют на Барнаул, по крайней мере, в ювелирном сообществе. Такой факт: когда прошло несколько репортажей программы, критикующей российское ювелирное производство, в пику ей специально для журналистов была открыта выставка, на которую пригласили лишь 18 предприятий, создающих ювелирные изделия высочайшего качества, из них Гохран России, Пробирная плата России, компания «Бриллианты АЛРОСА», — и мы в их числе. Если учесть, что на выставках в Москве собирается порядка 700 участников, — это о чем-то говорит…

— Вы когда-нибудь влюблялись в камень?

— Это сложно сказать, красивый камень всегда хочется приобрести. Но ты понимаешь, что это – не для тебя, в большинстве случаев это для заказчиков. Даже если бы было нескончаемо большое количество денег, всегда есть камень, который хочется купить! Здорово, когда ты подбираешь что-то на заказ, особенно обладая нужной суммой. Это длительный процесс, он может идти не месяц и даже не два. Особенно, если формируется какой-то комплект, например, был перстень, а нужны еще серьги или колье. Однажды у меня ушло на это около двух лет! Ведь нужно, чтобы камни в серьгах, например, были одинаковыми по цвету, размеру и целому ряду других параметров. И когда удается подобрать то, что нужно, – это огромная радость.

— Скажите, что должно быть в ювелирном изделии, чтобы оно приобрело статус произведения искусства?

— Этим вопросом занимаются искусствоведы. Год от года наши изделия занимают первые места на выставках в Москве и Санкт-Петербурге, и среди жюри там нет ювелиров, его состав складывается из искусствоведов, ведущих экспертов Музея Кремля, Русского музея, Эрмитажа. И их оценки нам очень приятны, они называют эти изделия предметом высокой художественной ценности, здесь, наверное, уместно говорить и о произведении искусства. Совершенно определенно это должна быть тонкая, качественная работа, интересный дизайн, гармоничный подбор камней, не копия, а что-то оригинальное, обладающее индивидуальной энергией, которую вкладывает мастер, творя красоту своими руками.

фото: Андрей Ишутинов, предоставлены героем материала

текст: Анна Черетун

Комментариев нет.

Оставить комментарий